Сергей Шкаев: «Пора запретить Соединенные Штаты Америки»

Мелочиться не стоит! России пора запретить Соединённые Штаты Америки. Оттуда к нам вся ихняя зараза - бескультурные ценности, отвратительные автомашины, зловредные технологии, санфаянсовые улыбочки и гадкие голливудские кина с рок-музыкой.

Ну и, конешно же, долой ненашенские торжества - день святого Вали и, извините за выражение, Хэллоуин. Доколе? Американский праздник влюблённых, пропитанный манями по самое не могу, отмечает аж 81 процент россиян в возрасте до 24 лет! Непатриотично сие. Накануне чужого дня всех чуждых святых расейские мо́лодежь и по́дростки вознамерились балаганить в бесовском тыквенном шабаше - Хэллоуине. Слава богу, что они не додумались ещё праздновать по весне германскую ночь святой Вальпургии. Это ваще позор был бы вселенский. Да! Надо непременно пресечь. И именно так, как министерство образования в богоспасаемой Омской губернии. Накануне. В приказном порядке. Неча тут! Распоясались. Правда, чтой-то своё бы пора предложить недорослям. И не посконно-суконно-кондовое. Всеобщего Селигера не нужно. А впрочем, своё, видимо, будет чуть позже. Как только Россия запретит обанкротившуюся Америку и еённых выглядков с подголосками из Европы. Как только перестанем учить детей за бугром, хранить деньги, покупать там недвижимость. В смысле - не мы, а власть имущие и бабло предержащие. Как только - прошу прощения - научимся НЕ обезьянничать и НЕ дурковать…


Во, кстати! Ровно пять лет назад, накануне Хэллоуина, я опубликовал в журнале «Бизнес курс» русский народный рэп (речитатив), посвящённый героической защите Стабилизационного фонда Руси от мериканской нечистой силы. Где Стабфонд? На что капиталы истратили? Тайна россиян велика есть...


Сказка про Ивана-дурака и Хэллоуин
 

В некотором царстве, в некоем государстве жил да был Иван-дурак. Не то, чтоб дурак, а всё как-то не так: мужик серый, кафтан рослый, на ногах топоры, лапти за поясом. Зайца на охоте догонит - закурить спросит. За водкой пойдёт - одну и купит. Добро сторожит - себе не возьмёт и другим не даст. На выдумку горазд, весел, охоч до песен, поёт плохо, но зато громко. В общем, дурак дураком. Как только Василиса Премудрая за него замуж пошла?!  Прослышал Царь, что в евонной стране проживает этакий придурковатый дурак. И подумал он, что для дела сурьёзного такой и нужон...
 



Государь посылает с крыльца
за Иваном гонца, да не одного.
Прибегают те под окна избы,
и ну там в дудки дудеть, с барабаном галдеть.
Глашатай - на бочку, и с бочки
грамоту царёву читает до точки:
«Так, мол, и так, собирайся, дурак!
Царь желает средь ночи повидать тебя очень».
Делать Ване нечего, идти надо,
не горюй, Василиса-отрада.
И со слугами пошёл во дворец,
чует близкий конец,
страшно немного,
а всё равно - не в ногу.
А Царь уже ждёт и глядит на дорогу.
Вдруг под солнышком бедных (при полной луне)
показалась процессия, то есть, оне:
Иван да гонцы. Экие молодцы!
 
- Ну, здравствуй, Ваня, здравствуй! - бает Царь ласково.- Проходи в хоромы, не стесняйся и будь как дома. А вы, слуги верные, идите спать да не смейте нам храпом мешать. Дело у нас большое, решать будем в тишине и покое...
 
Слуги в пояс ему поклонились и исчезли, как в воздухе растворились. Только вышли вон, Царь сел на трон, нацепил корону, взял булаву. На Ваню покосился орёл двуглавый: кто-де такой, не угадаешь по роже, почему Царя среди ночи тревожит?! Иван без слуг превратился весь в слух.
 
- Видишь ли, детка, донесла мне разведка, - сказал Царь Ивану, - у нас за океаном Стабфонд созрел рано. Дело в том, что с думою о народе я Тыкву посадил во чужом огороде. Да не простую (нам было бы мало!), а из жёлтого драгметалла. Подальше положишь, поближе возьмёшь! Да ты, небось, Ваня, с запасом живёшь? Тыква-то выросла, видит «уолл-стрит», как она золотом нашим блестит...
 
 (Тут я по праву Бояна ремаркой прерву свой рассказ про Ивана. Супом и кашей из фрукта сего город прокормишь и даже село. А животом занедужишь вдруг ты - семя из тыквы ущучит глисты).
 
- Скоро Хэллоуин, праздник у них, - Царь повёл бровью, и Ваня притих. - Боюсь, Иван, как бы Тыкву нашу мериканцы не пустили себе на кашу. Мякоть и содержимое в смысле, а из кожуры (есть у них мысли, ты посмотри!) сделают морду со свечкой внутри. В День всех святых у них, Ваня, бедлам. Надо за ними присматривать нам! Хотел отправить послов. Да где ж их найти? Иными сегодня хоть рожь молоти. А ты - человек порядочный, тороватый - не вороватый. Вот что, Ванюша! С утра плотно покушай и отправляйся в поход. Не на месяц - на год! Дам тебе я в дорогу мандат...
 
- Не надо, спасибо, я, в общем, женат...
- Дурак ты, Иван, ну да ладно.
Имей в виду - тебя встретят прохладно...
 
Пожелал Царь Ванюше счастливой дороги,
дал сапоги-скороходы на ноги,
ковёр-самолёт, меч-кладенец,
самобранную скатерть,
расцеловал наконец
да и дверь за ним запер.
Пришёл Иван домой.
На дворе - рассвет, а на ём лица нет.
Как сказать жене
о чужой стороне
и о наказе царёвом?
Не ответит ли рёвом?
Только этого не хватало -
на сборы и так времени мало.
А Василиса всё знала про дело -
горлинкой сизой в хоромах сидела!
Слышала речи Царя про Стабфонд
и про Хэллоуин, и про бомонд.
 
- Не печалься, друг сердешный, - тихо молвила она.- Едешь ты не в ад кромешный.(Вот ведь умница-жена!) Ну и что, что край Земли? Тыкву ж вырастить смогли. Эка невидаль - охрана! Просыпайся утром рано, а у них-то будет ночь. Красть пойдут, а ты, как Бэтмен, нарисуешься. Точь-в-точь. Страху ты нагонишь янкам, потрясёшь их все основы. Дам тебе свой гребень новый и в платочек носовой заверну горбушку. Да не бойся - я с тобой, нас не взять на пушку...
 
Простился с женой Иван, взял чемодан, ступил за порог и... как рванул со всех ног. Несут сапоги, скорость за триста - в ушах ничего, кроме дикого свиста. Час пополудни! Мочи уж нету и надо поесть, ищет площадку, с разбегу чтоб сесть. И - приземлился. Место глухое, горы вокруг. Нет никого, и сам себе друг. Вот тебе раз - неужто Кавказ?! Из чемодана скатёрку достал. Сел за обед, да с устатку упал. Спит. А во сне жена говорит: «Сбился ты с курса. Проснись, милый, собери силы. Враг коварный заносит свой меч, голову хочет твою он отсечь!»
 
Только Иван вскочил,
как по шелому удар получил.
Аж пятки в землю ушли! Проморгался.
- Эх, чёрт, давно я не дрался!
Витязь в койотовой шкуре пред ним!
Двинул Ванятка ему между глаз,
ворог коварный забыл про Кавказ.
Ноги в зад вошли по колени.
А! Отпустил его Ваня из лени.
Поскакал тот к морскому берегу,
а потом прямиком - в Америку.
 Ну, слава Богу! Показал Ивану дорогу.
 
Вот вам сказка, а дураку нашему бубликов вязка. Надо лететь на охрану Стабфонда. Лайнер бы дали ему, как у Бонда. Так нет же. У Ивашки со страху - мурашки и пот липкий, ковёр-самолёт под ним хлипкий. Но тяговитый, зараза! Моргнул три раза горе-пилот, и вот прямо у Тыквы окончен полёт. Глянул Иван (здесь тужи не тужи!) - дракулы всякие точат ножи. Ведьмы и мумии, твари и вороны заполонили собою все стороны. Это - Хэллоуин! Чёртова фронда!
 
- Нет, не видать вам золота Фонда!
Тыква гигантская с отчей земли –
это же наши родные рубли.
Какая из неё маска?
Что за дурацкая сказка?
Ах так, вурдалаки!
Желаете драки?
Я вам на горе драку спроворю...
 
Эх, была ни была! Засучил Иван рукава, поплевал в ладони - от удара иванова дохнут и кони! И как даст дурак - половина нечести ажно за Потомак! Другая - в непонятки, лезет к Тыкве, наступает друг дружке на пятки! Да много так, не осилит дурак. Он у Фонда на страже стоит. Вдруг видит - к нему голубка летит. Солнышко ясное - Василиса Прекрасная. Вспомнил тут Ванюшка жинкину горбушку. Над головой её поднял! Кинул хлеб русский - кусок, как метеор, пролетел над Тунгуской.
 
Струхнули воры, а Тыкву с юга прикрыли горы. Гребень достал (дарить надо чаще!), в мумий швырнул - и «уолл-стрит» стал чащей. Лесом то бишь. Ну и платок напослед носовой бросил в нечистую. Озеро след поглотило водой. Вот вам Хэллоуин, кельты позорные! Ване на смену примчались дозорные. К Тыкве родной не подпустят они...
 
...За горизонтом померкли огни. Не виден наш лес и золота тыквенный блеск. Иван с Василисой в обнимке мериканцам остался на снимке. Ну, а сам с женой примчался домой. Герой!
 
Только сел с друзьями за пир,
а гонцы царёвы приносят мундир.
Министром финансов - и не иначе! -
Царь его батюшка хочет назначить.
Или - своим заместителем вроде.
(А, может, приврали, так часто, в народе).
Ивану, ей Богу, не надо наград -
съездил в Америку и этому рад.
Но отписал Царю:
дескать, за почести благодарю!
И добавил слова милой крали:
«Смотри, чтоб Стабфонд свои не украли!»
Дурак дураком.
Но вернёмся на пир!
Я там был, обнимал молодуху,
пил медовуху,
по усам текло,
а в рот не попало.
Что, рассказал мало?
Читайте сначала.
Итак…
Жил да был Иван-дурак!