Вряд ли правда окажется слишком горькой. Самые одиозные игроки потреб­кредитования (например, банк "Русский Стандарт") уже привели условия своих продуктов в соответствие с требованиями ЦБ, а заодно существенно снизили процентные ставки. Похоже, что очередной ­период "первоначального накопления" банковского капитала с помощью потребкредитования (читай - "сравнительно честного отъема денег") в России подошел к концу.
Необходимость регулирования отрасли объективно назрела. Практика скрытых ­комиссий перестала устраивать заемщиков, а самое главное - на нее обратили внимание властные структуры - от надзорных органов до депутатов. Сами банки столкнулись с обратной стороной политики максимальной доступности товарных кредитов: страну захватила череда мошеннических кампаний. До определенного момента банкиры эту ситуацию проблемой не считали. Заоблачная ставка - до 100% годовых - позволяла иметь приличную прибыль. Однако бюро кредитных историй в полную силу пока не заработали, ­законопроекты, защищающие права кредиторов тоже не состоялись, так что банкиры почувствовали реальную угрозу.
Попытки прививать цивилизованные формы работы начались два года назад, когда антимонопольная служба и ЦБ издали рекомендации по стандартам раскрытия информации при предоставлении потребительских кредитов, около сотни банков их добровольно поддержали, но кардинально это ситуацию не изменило. В прошлом году минэкономразвития начало работу над законопроектом, вводящим в России институт личного банкротства, однако он так и не был представлен в Госдуму. История законопроекта о потребительском кредитовании тоже тянется с прошлого года, конкурирующие варианты готовили Центробанк, ФАС, банковские ассоциации, минфин. В результате ­законопроект вынес на обсуждение Анатолий ­Аксаков, зампред банковского ­комитета Госдумы и президент Ассоциации ­региональных банков "Россия".
Первым документом, который реально повлиял на взаимоотношения банка и заемщика, стало Указание ЦБ №1759-У от 12.12.2006 г. В нем прописаны изменения в положение, которое регламентирует порядок формирования банками ­резервов на возможные потери по ссудам. На каждый выданный кредит банк обязан создавать резерв - на тот случай, если возникнут проблемы с его погашением. Минимальный размер резерва устанавливается Центробанком (в процентах от ­суммы кредита), он может составлять от 0,5% для обеспеченных ссуд без просроченных платежей до 75% для ссуд с просроченными платежами свыше 180 дней. Схожие по характеристикам кредиты банк имеет право объединить в портфель однородных ссуд - это сильно облегчает ему жизнь при формировании резервов.
Указание №1759-У не содержит безусловного требования раскрыть эффективную процентную ставку - оно только лишает банк возможности включать кредиты в портфель однородных ссуд. Тем не менее необходимость этого шага для банков очевидна. И дело тут скорее не в порядке формирования резервов, а в целом пакете законопроектов на эту же тему, находящихся в разных стадиях подготовки. Изменения в закон "О банках и банковской деятельности" приняты Госдумой в первом чтении, другие законодательные акты ждут своего часа.
Впрочем, раскрытие эффективной ставки не панацея от всех бед - очевидно, что суть проблемы глубже. С одной стороны, это социальная ответственность банка, оборачивающаяся ответственностью за собственный бизнес. С другой стороны, потребительская культура и финансовая грамотность населения. И, конечно, извечный российский вопрос любой социально-экономической проблемы - состояние законодательства и возможность его ­эффективного применения.
Так, окончательные рекомендации по расчету ставки Центробанк выпустил всего за месяц до вступления изменений в силу. Банкиры пытались взять отсрочку, но получили от чиновников отказ. А кредитные агентства, не обладающие банковской лицензией, по слухам, готовятся резко увеличить свое присутствие на рынке…