Жалобы: мать трехлетней Арины Остроушко, умершей от менингита, никак не может молча смириться со своей потерей. Она выступает в прессе, обвиняет врачей в халатности, пытается найти виновных и устра­ивает митинги в центре города.
Диагноз: экзема, связанная с воздействием на кожу раздражающих веществ. Причиняет больному массу не­удобств, очень мешает сосредоточиться на основной работе.
История болезни: Арина Остроушко заболела в начале июня, и, по словам матери, в местной поликлинике малышку начали лечить от отравления, что только ухудшило ее состояние. В итоге 11 июня 2013 года девочка в состоянии крайней степени тяжести была госпитализирована в ДКБ №3, где после двадцатидневной комы скончалась от отека головного мозга вследствие гнойного менингита. По факту смерти Арины Остроушко возбуждено уголовное дело, однако родители девочки крайне недовольны качеством следствия. Мать ребенка считает, что сведения в медицинских документах искажены, а акты подписаны совершенно разными людьми, однако следователь, жалуется женщина, не обращает никакого внимания на ее слова. Не желая сдаваться, мать использует все средства, чтобы дело не было спущено на тормозах. Так, за месяц было подано ­заявление в ­администрацию города о проведении траурного митинга в память об умершей девочке на площади у библи­отеки Пушкина. Однако за два дня до события пришел отказ из администрации города под предлогом того, что в этот день на той же площадке запланировано другое детское мероприятие. Судя по многим фактам, оно было придумано специально, чтобы не допустить митинг. Поскольку ни в каких планах праздник обозначен не был, директоров учебных заведений заставили набирать участников в авральном режиме. И хотя формально отвечали за мероприятие сотрудники администрации, диагноз мы все же ставим чиновнику, которому митинг в память об умершем ребенке досадил больше всех.
Метод лечения: запрещать матери искать правду – все равно что лечить экзему пудрой. Так ни язву не скрыть, ни от страданий не избавиться. Чтобы ликвидировать раздражающий кожу источник, стоит хотя бы на него посмотреть. Приди министр на митинг и посочувствуй матери, потерявшей ребенка, болезнь, возможно, и отступила бы. Даже если горе помешает Нине Остроушко воспринять доводы, стоит публично показать, что ответственный за региональное здравоохранение не видит ничего возмутительного в стремлении человека защитить свои права. Или все же видит?

Диагноз недели является лишь метафорическим отражением «заболеваний» нашего общества. Всем нашим «пациентам» мы ­желаем крепкого сибирского здоровья.