При этом если сравнить поведение «валют-побратимов» на длинном отрезке времени, то видно, что большую часть рубль проводит в едином тренде, чувствуя себя то лучше, то хуже соседей. Причины того, что он во второй половине года «выбился из стаи» на поверхность, – финансовые санкции и снижение цен на нефть. Каждая из них по отдельности не дала бы такого девальвационного эффекта.
Реакция людей в данной ситуации также типична для кризисов ­98-го и 08-го годов. Для большинства – ступор, отчаяние, пакование (по крайней мере, на словах) чемоданов. Более или менее зажиточные массово скупают бытовую электронику, автомобили и квартиры в зависимости от степени зажиточности. Лишь немногие задумываются о том, какие этот очередной кризис дает возможности. А тем не менее история повторяется. Рано или поздно геополитическая ситуация успокоится, нефть вернется к 100 долларам, и неизбежно произойдет смена настроений у инвесторов. Если говорить о той же валюте, то вспомним – после шоковой девальвации 98-го года рубль достиг своего минимума 32 руб. за доллар в 2001 г., а после этого в течение 7 лет укреплялся до 23 руб./$. В 2009-м та же история, в феврале за доллар давали 35 руб., а в 2011-м – 28 руб.
Фондовый рынок в двух описыва­емых случаях вел себя так же, только с большим эффектом. С минимумов 99-го года он вырос в 10 раз за последующие пять лет. В период ­2009-2011 гг. – в 4 раза.
Посмотрим, кто окажется в выигрыше года через три: владельцы трехгодовалых «Лексусов» или инвесторы в российские акции.
На приложенном графике отражена динамика бразильской, индийской, турецкой и российской национальных валют относительно американского доллара за последние 10 лет.

В 10 раз

вырос фондовый рынок с минимумов 1999 года за пять лет.