Летом, во время политической интерлюдии между выборами мэра и... выборами мэра, при старом губернаторе и старом Горсовете стало известно, что свиньи заболели опасной заморской болезнью. Любая дополнительная информация была в дефиците: откуда взялась африканская чума, как она распространяется, чем грозит людям, и что со всем этим делать. Зато разговоров (от свиновладельцев) и действий (от властей) хватало с избытком. И те, и другие были, мягко говоря, невпопад.
Говорили о некомпетентности и даже злом умысле. Аграриев не проинформировали должным образом о том, что происходит, больным хрюшкам изначально поставили неправильный диагноз, в распространении чумы винили ветеринаров и почтальонов; по деревням, попавшим в зону эпидемии, поехали грузовики со свиными трупами, и Омск, как назло, в те самые дни оказался в дыму (некоторые утверждали, будто это дым от горящих туш). Праведный гнев крестьян усиливало то обстоятельство, что (во всяком случае, по их данным) крупные свиноводческие комплексы эпидемия не затронула, а отсюда был ровно один шаг до «теории заговора», который тут же был сделан, причём с большим удовольствием. «Всего год назад была сельскохозяйственная перепись, – говорили конспирологи, – менеджеры крупных корпораций изучили результаты и задумались. А теперь специфическими методами освобождают рынок от мелких производителей».
Только после серии фермерских пикетов власти начали вносить ясность. Оказалось, что вылечить хрюшку от чумы никак невозможно, но зато для человека чумная свинина не опасна совсем. Благодаря такому ликбезу стало меньше эмоций... и сознательности: теперь, если в соседних сёлах объявлялся карантин, пейзане норовили переколоть всех своих свиней и либо спрятать мясо до лучших времён, либо вывезти (хотя бы и ночью) и продать. Благо надежды на государственные выплаты были довольно шаткими.
У крупных свиноводческих комплексов была иная линия поведения. Пример разумной профилактики продемонстрировал «колбасный король» Латария: переход предприятия на закрытый режим (персонал работал 15-суточными сменами), выкуп всех свиней вокруг в радиусе нескольких десятков километров, создание дополнительных дезинфекционных барьеров. Но своими заявлениями на тему «нет свиньи – нет проблем» и «крестьянин просто продаёт мясо, а деньги идут мимо кассы» бизнесмен дал сторонникам «заговора» дополнительные аргументы. Как и вице-губернатор Андрей Новосёлов, на полном серьёзе рассказывавший во время какого-то официального мероприятия, что выращивать свиней не надо, ведь мясо можно купить в магазине.
После нескольких месяцев борьбы с заразой – карантинов, трупосожжений, проверок на дорогах, геноцида диких кабанов и прочих примет тревожного времени – эпидемия наконец закончилась, и с довольно неоднозначным результатом. Свиное поголовье в мелких и средних хозяйствах теоретически можно восстановить достаточно быстро, благо хрюшки плодятся с большой энергией, но опять связываться со свиноводством, по-видимому, захотят не все, и у крупных производителей теперь есть дополнительное преимущество. Зато региональная власть, хотя и выплатила компенсации в должном объёме, выглядит не слишком хорошо: проинформировать вовремя не смогла, остановить эпидемию на ранних стадиях – тоже, дала повод начальству для критики, а рядовым гражданам – для подозрений в очень нехороших вещах.
Кто знает, может быть, без этой истории губернаторская жизнь Виктора Назарова оказалась бы чуть-чуть длиннее.