В СМИ обсуждается очередное громкое преступление, совершенное милиционерами. Три сотрудника МУРа похитили предпринимателя и требовали выкуп, угрожая завести на него уголовное дело по наркотикам. Нарушение закона представителями правопорядка  - явление, характерное для любой полиции мира, и российская милиция не является в этом исключением. Сама специфика полицейской деятельности, предполагающая наделение властными полномочиями, неизбежно создает риск злоупотребления такими полномочиями. Однако если в развитых странах процент полицейской преступности невелик и контролируем, то в России милицейская преступность  - явление, давно вышедшее из-под контроля и реально угрожающее экономической безопасности государства. Последнее заимствовано мною из выступлений Президента Медведева Д.А. и политической верхушки страны при обсуждении стойкого нежелания иностранных инвесторов вкладывать деньги в российскую экономику. Поэтому у нынешней реформы МВД есть своя экономическая причина и главная цель  - загнать милицейскую коррупционность и преступность в размеры, не представляющие угрозы для общества.
Что в этой связи предлагается? Ввести в УК РФ новое отягчающее вину обстоятельство  - "совершение преступления сотрудником ОВД", новую статью, предусматривающую ответственность сотрудника МВД за невыполнение приказа начальника, а в  Закон "О милиции"  - дополнительные основания для увольнения из ОВД. Эти предложения являются заведомо бесперспективными. Действующее законодательство не мешает суду и сейчас учитывать принадлежность виновного к ОВД при определении ему наказания, равно как и привлекать его к ответственности за невыполнение приказа. Но существующая система норм права, регулирующих служебную деятельность милиционера, и практика их применения способствуют формированию у сотрудника в течение его служебной деятельности уверенности в безнаказанности.
Возьмем для примера действующий порядок проведения предварительной проверки сотрудниками милиции в порядке ст. 144-145 УПК РФ. Уверен, многие предприниматели с этим сталкивались. Срок такой проверки законодательно ограничен тремя сутками, может быть продлен до десяти, а при необходимости документальной проверки или ревизии прокурором  - до тридцати суток. Дальнейшее продление не допускается. Данные пресекательные сроки были установлены законодателем в целях недопущения злоупотребления предоставленными законом полномочиями для превращения проверки в полномасштабное не­официальное расследование, когда сотрудники милиции не проверяют конкретную и достоверную информацию о преступлении (для чего указанных сроков достаточно), а занимаются поиском такой информации. При этом бизнесу причиняется реальный вред без наличия законных оснований. И такие проверки могут проводиться годами. Достаточно обратиться в прокуратуру с просьбой отменить свое собственное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и назначить дополнительную проверку, количество которых законом не ограничено. В девяти случаях из десяти просьба сотрудника милиции, несмотря на правовую позицию Конституционного Суда РФ (изложена в определении №374-О-О), в соответствии с которой закон не предполагает многократную отмену прокурором постановления об отказе в возбуждении дела, будет удовлетворена. И сотрудник милиции получит законную возможность "долбить" бизнес, пока тот не "дозреет". Дело в том, что прокуратура не только является органом, надзирающим за соблюдением законов,  - на нее возложена и ответственность за состояние борьбы с преступностью на отдельно взятой территории, что и порождает подобные "коллизии". Обращение в суд также малоэффективно, т.к. по сложившемуся судебному усмотрению суду не стоит на этой стадии вмешиваться в деятельность милиции, "ведь никого не садят". Изъятие бухгалтерской документации, информационных носителей, распугивание контрагентов и другие "прелести" проверки, разрушающие бизнес, во внимание не принимаются. Разве это не формирует у сотрудников милиции уверенность в безнаказанности?
Следует констатировать, что без создания такой "системы сдержек и противовесов", при которой прокуратура и суд при контроле за деятельностью милиции исходили бы из соблюдения последней закона, а не входили бы в ее положение, мы будем свидетелями еще не одной реформы МВД.